В 1977 году после выхода на экраны «Энни Холл» Вуди Аллена девушки принялись подражать умной и независимой Дайан Китон в широких брюках, рубашке, пиджаке с мужского плеча и при галстуке. Почему же тогда, несколько лет спустя в 1983, посмотрев «Тутси» Сидни Поллака, мужчины не начали носить платья? Так уж сложилось, что одежда обладает социальными маркерами: вплоть до начала XXI века считалось, что строгий костюм — признак силы, а юбка — слабости и уязвимости. В последние годы со всех сторон транслируется идеи гендерного равноправия, женщины продолжают активно отстаивать свои права — многие мужчины их в этом поддерживают, но юбок все равно не надевают. И зря.

Ник Вустер на Неделе мужской моды в Париже Getty Images
Ник Вустер на Неделе мужской моды в Париже

В западной культуре мужчинам еще недавно предназначалась более практичная одежда, женщинам — более декоративная. Но так было не всегда и не везде. В античные времена люди всех полов и гендеров ходили в платьях (они же тоги), даже самые доблестные воины, и никто не смел упрекнуть их в недостатке мужественности. Уже позже, когда лошади стали основным видом транспорта (а для аристократов конная езда оказалась еще и базой для разных форм статусного досуга), мужчины поняли, что в брюках ездить верхом гораздо удобнее и переоделись. От платьев и юбок оказались, прежде всего, военные, которые ходили в долгие конные походы. Так брюки стали ассоциироваться с маскулинностью, силой и тяжелой работой. Равно как юбки и платья — с хрупкостью, уязвимостью и праздным образом жизни. При этом мужчины, которым тяжело работать и воевать не приходилось, продолжали время от времени носить платья вплоть до XIX века. В некоторых странах и культурах мужские юбки в обиходе до сих пор: взять хотя бы килт — национальное достояние брутальных шотландцев (Джерард Батлер и Эван Макгрегор надевают свои только на самые торжественные мероприятия — килт в их понимании покруче фрака). А во множестве восточных стран мужчины от платьев и юбок никогда не отказывались. В Индии носили и носят разнообразные туники, в Йемене, Арабских Эмиратах и Омане — изар, напоминающий юбку с запахом, а в Бутане — особое платье го.

К чему весь этот разговор? К тому, что в эпоху, когда большинство мужчин ездят не на конях, а на машинах, а женщины могут служить в армии, дифференциация фасонов одежды на сугубо женские и сугубо мужские выглядит архаично. Женщина в брюках — норма, и было бы, как минимум честно, если бы мужчина в юбке тоже перестал казаться экстраординарным явлением.

Дэвид Боуи на обложке альбома The Man Who Sold The World, 1970
Дэвид Боуи на обложке альбома The Man Who Sold The World, 1970

Но чтобы разрушить стереотип нужно время. Процесс движется медленно, и начало ему было положено не вчера, а в разгар сексуальной революции, то есть в 1960-е. Тогда молодежь выступала за свободу всего подряд — и за свободу одеваться, как хочется, тоже. В 1970-е за стереотип о «правильной» мужской одежде взялся и Дэвид Боуи. Помните обложку альбома Man Who Sold The World, на которой этот самый Man изображен в платье? Потом музыкант снялся в платье и для Daily Mirror — в репортаже Боуи показывал свой дом и складывалось впечатление, что именно так он каждый день по дому и ходит. А в 1980-е с юбками в мужском гардеробе много экспериментировали стилист Рей Петри (по происхождению шотландец) и Жан-Поль Готье.

Для тех, кто мечтал стать космонавтом: художник Том Сакс создал кроссовки-марсоходы вместе с Nike
Далее Для тех, кто мечтал стать космонавтом: художник Том Сакс создал кроссовки-марсоходы вместе с Nike
Дизайнер, художник, голос поколения: что нужно знать о Вирджиле Абло
Далее Дизайнер, художник, голос поколения: что нужно знать о Вирджиле Абло

Игги Поп говорил, что одеваться в женское не стыдно просто потому, что «не стыдно быть женщиной». Самопровозглашенной феминист Курт Кобейн был с ним согласен. В 1990-е он таскал платья у Кортни Лав и открыто заявлял, зачем он это делает: музыкант называл женщин «единственным будущим рок-н-ролла» (в его исполнении это высшая похвала), и ему хватало мужества не стесняться собственного желания быть на них похожим. В 1993 Курт снялся для обложки журнала The Face в девчачьем платье в цветок, с густо подведенными глазами и красным лаком на ногтях. В девяностых все вышеописанные выходки попадали в категорию «эпатаж» — но ведь и короткие стрижки на женщинах в свое время эпатировали.

Курт Кобейн на одном из своих выступлений
Курт Кобейн на одном из своих выступлений

В нулевые главным мужчиной в юбке был Марк Джейкобс. Смог ли он продвинуть общество вперед на пути к избавлению от предрассудков, сказать сложно, но в рамках своей репутации у Марка все получилось — Джейкобсу в юбке или платье уже никто не удивляется.

Сейчас ту же самую работу проделывает сын Уилла Смита Джейден. Он частенько появляется на людях в юбке и даже снялся в ней в рекламной кампании женской коллекции Louis Vuitton. Смит говорит, что ему так просто нравится. Юбка на мужчине не указывает ровным счетом ни на что — ни на степень его мужественности, ни на его сексуальную ориентацию, ни на социальный статус. А вот на широту взглядов указывает. «Если я надену юбку сейчас, то лет через пять маленький мальчуган, пришедший так в школу, не получит подзатыльник. Никому не будет дела до того, во что он одет», — объясняет Смит. Еще один пример — Джаред Лето: он в свое время не вылезал из брюк с чем-то наподобие длинной баски. Однажды он опубликовал свое фото в них с подписью Real Men Wear Skirts — что он имел в виду, объяснять не надо.

Джейден Смит в рекламной компании Louis Vuitton Louis Vuitton
Джейден Смит в рекламной компании Louis Vuitton

Дизайнеры этот посыл поддерживают и все чаще одевают мужчин в юбки. В списке прогрессивных такие бренды, как Rick Owens, Thom Browne, J.W. Anderson, Givenchy (при Риккардо Тиши), Alexander McQueen и Gucci, работы Чарльза Джефри и Джона Гальяно в Maison Margiela — и это одежда не для подиума, а для реальной жизни.

В конце концов, юбка — очень удобная вещь. И то, что она недоступна мужчинам, жутко несправедливо. Этим летом модный обозреватель The Economist Люк Литч опубликовал ироничный материал об официальном дресс-коде, который предписывает мужчинам носить брюки, хотя в жару это настоящая пытка. Однажды Люк явился на деловую встречу с коллегой в шортах — та его пристыдила. О юбках в официальном дресс-коде ни слова — так почему бы не носить их?

Gucci весна-лето 2019 Getty Images
Gucci весна-лето 2019

За год до этого (летом 2017) водители автобусов из французского города Нант наглядно проиллюстрировали то, о чем пишет Люк. Устав их транспортной компании строго-настрого запрещал выходить на работу в шортах, даже если машина не оборудована кондиционером, а за окном пекло. В знак протеста водители надели юбки. Руководство посчитало поступок эксцентричным, испугалось пересудов и все-таки позволило сотрудникам носить шорты.

Начать эксперименты с непривычной одеждой можно с малого — в магазинах (даже в масс-маркете вроде Zara) есть мужские туники, удлиненные рубашки и свитеры, встречаются и брюки с басками — вроде тех, что носил Джаред Лето. Попробуйте надеть что-то подобное, скажем, на отдыхе, — и решите, комфортно вам или нет. Понятно, шаг непростой, потому что стереотип «юбка — для девочек, брюки — для мальчиков» привили нам еще в детстве. Но мир и правда меняется: некоторые европейские школы (например, лондонская Highgate) вводят гендерно-нейтральную форму для учеников. Пока это капля в море, но кто знает, что будет через 10−20 лет. Остается только процитировать художницу-феменистку Дженни Хольцер — Raise boys and girls the same way («Растите мальчиков и девочек одинаково»).