Истории|Каково это

Каково это — быть единственным законным кандидатом в мэры Москвы

ВЛАДИМИР КУВШИНОВ, профессор юриспруденции Православной русской академии при РАН, 71 год:

«Родился я незадолго до войны, воспитание у меня сталинское. Когда мне полгода было, эшелон, в котором моя семья эвакуировалась из Москвы, немцы с воздуха разбомбили. Спасло меня только то, что за несколько минут до бомбежки мать меня в подол сарафана положила и за кипятком на полустанке выскочила. Пришла — все разбомблено, ни соседей, ни документов.

Я был первым, кто получил гражданство РСФСР. Это было в 1991 году. Я зарегистрировался кандидатом в мэры Москвы от Консервативной партии России, а для кандидатов было обязательным иметь гражданство РСФСР, которого в советском паспорте не было. Я написал заявление в Президиум Верховного Совета и получил гражданство. А уже после меня Ельцин гражданином стал. Вопрос, как я в 1991 году баллотировался в мэры, сугубо закрытый. Я могу сказать только одно: на сегодняшний день я являюсь единственным законно зарегистрированным кандидатом в мэры от Консервативной партии России. В 1991 году выборы были проведены с нарушением закона: никаких выборов не было, всех официальных кандидатов прокатили. В 1993 году опять выдвинулся, а выборы мэра так и не состоялись. Но я успел зарегистрироваться по суду, и через три месяца власти по закону обязаны были провести повторные выборы. Но вместо этого взяли и назначили Юрия Лужкова. Я подал в суд, выиграл 28 процессов, и Вешняков, председатель ЦИКа, подтвердил, что мои полномочия кандидата в мэры сохраняются. Впоследствии Консервативную партию распустили, отозвать меня некому, я остался кандидатом и сохраняю неприкосновенность.

За последние сорок лет я судился со всеми ведущими СМИ. С «Первым каналом», с РТР, «Коммерсантъ» мне дважды проиграл, а один раз мы помирились. Помню, я за слово «безработный» газету «Коммерсантъ» так тряс, что мало не покажется! В 1993 году они назвали меня безработным. А это не так! Я же много лет преподавал, в Институте бытового обслуживания РФ работал вместе со Славой Зайцевым. У меня пять высших образований. Первое — экономическое, второе — в Институте нефтехимической промышленности, третье — иняз. Там я окончил курсы специалистов, нас готовили для работы в Иране, спецоперации проводить. В 1962 году окончил Институт марк­сизма-ленинизма. Аспирантуру проходил в МАДИ.

Как я впервые в суде оказался? В 1970 году в Севастопольском суде я, будучи преподавателем кафедры промышленной электроники, судился с журналом «Бытовое обслуживание населения СССР», в котором было написано: «Некто Кувшинов откровенно халтурит и не является хорошим преподавателем. Он не повышает идейный уровень студентов, приходит на занятия за 30 секунд до звонка, а положено — за пять минут». Я год судился, доказывал, что прихожу на занятия вовремя, приводил в суд свидетелей. В итоге, в журнале мне принесли извинения.

Помните, в 1986-м в «Огоньке» статья вышла огромная, называлась «Осторожно, автосервис!»? Там про меня написали. Дело в том, что у меня машина была, «шестерка». Отдал я ее в ремонт, получил, а я же аспирантуру в МАДИ закончил, и заметил, что лонжероны на шасси выставлены не в тех точках. Мне удалось доказать, что одна точка выставлена неправильно, с расхождением в 7 миллиметров с установленными параметрами. Я добился проведения экспертизы, прошел много судов, у судей были проблемы со здоровьем, их 15 человек сменилось. Знаете, как в советское время проходили суды? Постороннему человеку в зал войти было нельзя, карандаш в руки взять не разрешали, чтобы, не дай бог, чего лишнего не записать, а УПК и ГПК просто так не продавались, и лежали только на столах у судей. И все равно я это дело выиграл, а потом еще заметил, что покраска кузова нормам не соответствует, так мне и за кузов, и за одну точку в общей сложности стоимость новой машины заплатили.

А первый важный суд я выиграл у Анатолия Чубайса. В августе 1992 года была начата программа ваучерной приватизации. Президент Борис Ельцин назвал приватизационный чек «билетом в свободную экономику для каждого из нас». Главный по ваучерам, Чубайс, постоянно говорил о том, что через некоторое время за один ваучер можно будет купить два автомобиля «волга», и еще деньги останутся. Я написал на имя Чубайса письмо с вопросом, куда выгоднее вложить ваучер, чтобы его не украли. Он посоветовал российский фонд при Госкомимуществе, а там мой ваучер бесследно исчез. В 1996 году я подал на Чубайса в суд. Как сейчас помню: 10 января, первый день действия нового гражданско-процессуального кодекса. Чубайс не явился на суд, и в десять утра судья Светлана Емельянова вынесла решение в мою пользу. Компенсация составила десять тысяч долларов, но я для себя ее полезность оцениваю в полмиллиона: про меня в газетах на первых полосах писали, по телевизору показывали. Я в то время в мэры баллотировался, а эфирное время для кандидатов было очень дорогое. Но деньги для меня не важны, они — мусор. Я же защитник русского народа и выступаю от его лица.

Судился я много — я в судах, как рыба, точнее, как крокодил в воде. Я их всех подряд глушу, без разбора. Но давайте громко скажу: я не сужусь с первыми лицами — с королями, императорами, президентами и генеральными секретарями.

В 2007 году я написал в администрацию Путину и предложил ему все-таки назначить меня мэром. Мне пришло письмо с такими словами: «Мы уважаем вашу прин­ципиальную жизненную позицию и активные действия», но хозяин — барин, назначил, стало быть, в очередной раз Лужкова. При этом мне написали в письме от Путина, что мое «мнение при назначении первых лиц Москвы будет учтено».

Я был первым, кто выдвинул Медведева на пост президента. В 2005 году я вел дело о родовых поместьях в деревнях Родное, Ладное, Заветное, Солнечное, Мирное и Чудное во Владимирской области. Поместья процветали, а кругом — нищета, пьянь и рвань. И у людей из родовых владений местные власти решили земли отобрать. Медведев в то время был руководителем национальной программы по поддержке сельского хозяйства. Я написал на его имя письмо, он в СМИ ответил, что поддерживает родовые поместья. Я зачитал его слова в суде, процесс мы выиграли, и прямо на судебном заседании собрали сто подписей под письмом на имя Владимира Путина, в котором благодарили Медведева за оказанную поддержку. В судебном протоколе четко зафиксированы мои слова: «Вот такого молодого человека, как Дмитрий Анатольевич Медведев, мы бы хотели видеть кандидатом в президенты!» Путин учел наши рекомендации.

Потом, когда Медведева выбрали, я пошел к нотариусу и сделал на имя нового президента генеральную доверенность, в которой указал, что доверяю ему «от своего имени вести переговоры с главами других стран, представлять себя во всех компетентных и законодательных органах, решать вопросы границ, совершенствовать законодательство РФ и т.д.». Доверенность выдана сроком на три года, с правом передоверия, она недавно закончилась, я ее продлил. Документ я отправил в администрацию президента, получил уведомление о принятии. А это значит, что Медведев — мое доверенное лицо.

На последних выборах я подошел к комиссии и открыто сказал: «Запишите, я — за Путина!» И бюллетень в карман положил, чтоб им не воспользовались. А мне проголосовать не дали: дескать, я нарушил тайну голосования. Где, говорю, запрет на открытое голосование? Где? Теперь сужусь, чтобы голос мой за Путина приобщили. Гендоверенность на управление страной я Путину в тоже выдал — еще 19 января. Я бы на шесть лет выдал, но нет такого в законе. На три максимум. Надо будет, продлим.

Я на днях позвонил в Госдуму и сказал, что намерен идти в мэры опять, поскольку я единственный легитимный кандидат. Они, конечно, все засуетились. Сейчас, по новому законодательству, кандидата в мэры опять выдвигают партии, и нужно минимум пятьсот голосов поддержки. Консервативная партия России распущена, деваться некуда, и я решил вступить в партию «Единая Россия», а как же иначе получить поддержку? Неделю назад подал заявление, чтобы собрать пятьсот голосов. Сейчас ищу кандидата на пост вице-мэра, чтобы он помог мне деньгами. Параллельно выдвигаюсь на пост председателя Верховного суда — бегаю, собираю документы, сдаю кровь из пальца. Экзамен легко сдам».

P.S. Документы у Владимира Кувшинова принять отказались — на том основании, что он принес их в Верховный суд 25 июня 2012 года, в последний день подачи, в 17:40, хотя прием заканчивался в 18:00. Он вызвал наряд милиции, который засвидетельствовал факт отказа, и сейчас планирует судиться с Высшей квалификационной коллегией судей РФ. Кувшинов надеется, что судебное разбирательство по его иску начнется в самое ближайшее время.


ИнтервьюСветлана Рейтер
ФотографияДмитрий Журавлев
При участииПолина Куликова
editor-chanel