Истории|Правила жизни актеров

Правила жизни Ивела Книвела

Каскадер, умер в 2007 году в возрасте 69 лет в Клируотере, Флорида
Рай — это место, где ты можешь пить сколько угодно пива и не толстеть, где ты можешь изменять жене, но она никогда не впадет в бешенство, и где шоферами работают прекрасные девушки с отличными сиськами — настоящими, упругими. И когда ты взлетаешь там на мотоцикле, ты приземляешься именно туда, куда хотел

Сегодня ты герой, а завтра тебя нет.

Леди и джентльмены, вы даже не представляете, как это сладостно — стоять здесь и сейчас перед вами. Рисковать своей жизнью ради вас — это настоящая честь. Но перед тем как я перелечу на своем мотоцикле через 19 автомобилей — и я хочу еще раз удостовериться, что среди них нет ни «фольксвагенов», ни «датсунов», — перед тем как я мягко приземлюсь за бампером последнего автомобиля, я хочу сказать вам, что вчера вечером ко мне подошел один незнакомый мальчик. «Мистер Книвел, вы сумасшедший? — спросил он. — То, что вы собираетесь сделать — это невозможно. И я купил билеты только для того, чтобы посмотреть, как вы завтра разобьетесь вдребезги». Вот и все, что мне сказал этот мальчик. А я ответил ему: «Нет ничего невозможного, парень».

Любой может взлететь на мотоцикле. Проблемы начинаются в тот момент, когда ты пытаешься его приземлить.

За свою жизнь ты можешь упасть любое количество раз, но ни один раз не будет считаться поражением до тех пор, пока ты встаешь.

Рай — это место, где ты можешь пить сколько угодно пива и не толстеть, где ты можешь изменять жене, но она никогда не впадет в бешенство, и где шоферами работают прекрасные девушки с отличными сиськами — настоящими, упругими. И когда ты взлетаешь там на мотоцикле, ты приземляешься именно туда, куда хотел.

Я не верю в рай. Я не верю в античных богов, Иисуса Христа и священных коров. Я не верю в этого огромного толстожопого Будду. Покажите мне хоть один кусочек Ноева ковчега. Покажите мне хоть один кусочек Моисеевых скрижалей. Людям в жизни нужны костыли, поэтому они придумывают такие истории. Но мне костыли не нужны.

Мне кажется странным, что у всех этих, с позволения сказать, христиан нет обязательной карточки донора органов. Если бы они завещали свою почку, сердце или глаз тому, кому это сохранит жизнь, они стали бы гораздо ближе к Богу.

Если господь захочет поставить этому миру клизму, он воткнет ее в туннель Линкольна (туннель под рекой Гудзон, соединяющий Манхэттен и Нью-Джерси. — Esquire) и смоет всех жителей Нью-Йорка в Атлантический океан. И это будет только начало.

Мы должны обложить церкви налогами. Свобода вероисповедания — хуйня собачья, если не надо платить налоги.

В своей безжалостности Служба внутренних доходов (американская федеральная служба по сбору налогов. — Esquire) легко перешибет гестапо. Не понимаю, почему никто до сих пор не запретит это узаконенное воровство.

Эта страна стала нацией, ведомой правительством, подчиненной правительством и контролируемой правительством. Политики уничтожают нас. Нас может спасти только мятеж.

Я не верю ни одному человеку, который говорит, что осознает всю ответст­венность своих поступков.

За свою жизнь я сделал все, что хотел, — разве что не убивал людей.

Мне кажется, мы должны законодательно запретить садиться за руль всем, кому больше восьмидесяти. И мне плевать, нарушает это чьи-то права или нет.

Ты можешь быть знаменитым в самых разных областях. Ты можешь быть нобелевским лауреатом или самым толстым человеком на планете. Ты даже можешь быть человеком с самым маленьким в мире пенисом. Но что бы это ни было — наслаждайся, потому что это не продлится вечно.

В какой-то момент мне стало казаться, что я что-то типа Элвиса. Но вот что я скажу вам: Элвис просто выходил на сцену с гитарой. Он никогда не разбивался об асфальт на скорости 80 миль в час.

Ходит много легенд о моих травмах. Говорят, я переломал все кости до единой, но это чушь. Я сломал всего 35 костей, а 14 раз мне делали операцию, скрепляя их хирургическими стержнями.

Как и многие, я лечился от алкоголизма. Два дня провел в реабилитационной клинике, а потом сбежал.

Сейчас мне уже плевать, что обо мне думают люди. Мне важно, что я думаю о себе сам.

Все мы когда-нибудь устаем жать на курок.

Когда ты зол на кого-то, возможно, ломать ему руку бейсбольной битой не самое лучшее решение.

Если ты ничего не знаешь о боли и страдании, ты ничто, потому что эти вещи учат тебя ценить жизнь.

Любить кого-то не значит любить ее шесть дней, а потом вытрясти из нее душу на седьмой.

Женщины — это корень зла. Мне ли не знать: имя обязывает.

Чего я хотел, но не сделал — так это не замутил с Лиз Тейлор. Спохватился через пару лет, а она уже стала старой и толстой.

Вариантов, как прожить жизнь, у нас не так и много. Поэтому все, что нам остается — выбирать, как умереть.

В раю не бывает пробок, я знаю.

DanielTrabun
Записал Майк Саджер / Mike Sager
Фотографии Keystone Pictures USA / Alamy