Истории|Правила жизни 007

Правила жизни Тимоти Далтона

Актер, 73 года, Лос-Анджелес
Кем я себя вижу? Ежом в немецких кожаных шортах

Идеальный Джеймс Бонд? Половина людей на Земле скажут, что это Шон Коннери, другая половина — что Роджер Мур. А про меня и не вспомнят.

Кем я себя вижу? Ежом в немецких кожаных шортах.

Кроме тех немногих, кто сыграл Бонда, на Земле нет никого, кто знает, как эта роль способна изменить человека.

Не уверен, что выпил хоть один мартини с тех пор, как простился с ролью Бонда. До сих пор в каждом баре, куда я захожу, находится умник, который говорит: «Вам мартини? Взболтать, но не смешивать?» До смерти надоело.

Я устал от Джеймса Бонда, но, с другой стороны, теперь это в моей крови. И это единственное кино, которое дает британскому актеру шанс на мировое признание.

Несколько лет назад я был на севере Канады, где мы снимали документальный фильм о волках. Я вышел из самолета, и все эти прекрасные инуиты в парках стали шептать друг другу: «Бонд, Джеймс Бонд».

Я не уверен, что Бонд — герой. Вспомните «Доктора Ноу»: человек входит в спальню Бонда и выпускает в направлении кровати всю обойму. Тогда Шон Коннери, который на самом деле прячется за дверью, говорит: «У тебя не осталось патронов» — и убивает безоружного человека. Герой так не сделает никогда.

Моя роль в «Байках из склепа» — это не то, о чем я хотел бы вспоминать.

Иногда я бываю первым претендентом на роль, а иногда — 79-м. Я доволен и тем, и другим.

Все почему-то думают, что каждое утро я просыпаюсь, подхожу к зеркалу и думаю: «О, да это же Джеймс Бонд». А я просто подхожу к зеркалу и думаю: «О боже».

В детстве все мальчики, которых я знал, хотели попасть в вестерн, а сегодня все актеры, которых я знаю, мечтают попасть в хоррор.

Ненавижу этот вопрос — «Как вы нашли свой путь в кино?». Ну, сошел со сцены и повернул налево.

Когда мне пришлось выбирать, чем заняться после школы, идеи у меня было две: поступить в университет на биохимический или пойти в Королевские ВВС и стать астронавтом. Последнее, как я теперь понимаю, ничего мне не сулило, потому что британская ракета так и не оторвалась от Земли. Вернее, оторвалась, но пролетела совсем немного и развалилась к чертям.

Не спрашивайте меня про мою карьеру. Я забыл практически все. Но я люблю интервью. Это возможность узнать о своей жизни что-то, о чем уже давно забыл.

Все, что с нами когда-либо происходило, мы вынуждены носить с собой всю оставшуюся жизнь.

От мартини ноги у меня всегда становились ватными.

Когда ты счастлив, час длится 45 минут.

Из интервью и публичных выступлений
© Gemma Levine Hulton Archive / Getty Images