Изящно, как фламинго, она сгибает ногу и тушит сигарету о подошву туфли. «Вы можете расслабиться, я тяжелый человек: я ненавижу давать интервью. Это вообще ужасно глупое занятие — говорить о себе». Ее пружинистые волосы всегда эффектны. На ней строгое черное пальто и рваные джинсы. К съемке она еще не готова: успела только нанести макияж — легким движением выхватила у визажиста кисточку и справилась с ресницами в два счета. «Пойдемте покурим? Потому что уже невозможно». С балкона гостиницы видна Фонтанка. Петербург удивительно солнечный, но пока что привычно прохладный. Вода, ветер, этот натужный разговор, очередное переодевание не по своей воле — вгоняют в состояние отрешенности.

платье PRADA, босоножки SAINT LAURENT
Когда твоя девушка Ана
Далее Когда твоя девушка Ана
Лана Дель Рей: женщина, которая жаждет покоя
Далее Лана Дель Рей: женщина, которая жаждет покоя

Ксения Раппопорт говорит тихо и смотрит не на вас, а будто бы мимо. Ее не раскусишь. Она не просто женщина: народная артистка России, кавалер ордена Звезды Италии, интеллигент (мама — инженер, папа — архитектор), заканчивала школу с углубленным изучением французского. Сократик — так в детстве ее называли родители. «Я уходила в какой-то свой мир. Меня можно было звать, но я не откликалась. У меня и сейчас есть это свойство: могу задуматься, уйти в другую реальность». Свойство актрисы, которой она не собиралась становиться. «Друзья в таких случаях говорят, что я опять зависла и торможу».

платье PRADA, босоножки SAINT LAURENT

После очередной серии снимков она подбегает к монитору взглянуть на себя. «Не знаю я, что вам там нравится», — бросает она. Но снова и снова позирует, сколько бы времени ни потребовалось. Скромная — стройная — стойкая. На съемках у Джузеппе Торнаторе в «Незнакомке» она не жаловалась, что туфли, которые ей выписали костюмеры, не ее размера. На съемках у Кирилла Серебренникова в «Юрьевом дне» она терпела жуткий холод — камера замерзала, отказывалась снимать. Раппопорт сниматься не отказывалась. Она вообще готова на авантюры. В школе с подругой перетащила бюст Ленина из актового зала в мужской туалет — так они отмечали перестройку. А когда пришла на прослушивания к оскароносному режиссеру-итальянцу, соврала, что говорит на его языке — так ей досталась первая заграничная роль. За свою четвертую роль в итальянском кино она уже получала Кубок Вольпи, главный приз Венецианского кинофестиваля, что дают лучшим актерам. В тот год им стал и Колин Ферт. А годом ранее сама Раппопорт вручала эту же награду Брэду Питту, когда вела церемонию. Как все так закрутилось? «Не знаю. Сложилось как-то само. И хорошо, что само: я вечно сомневаюсь то я делаю, или не то». В Италии ее сомнения давно развеяли, там ее называют просто: nostra (наша — Esquire).

пижама IZBA ROUGE

Единственное, о чем она готова рассказывать долго, — Фонд «Дети-бабочки». Признается, что если бы не работа там, вообще бы отказалась от съемок и интервью — без прессы гораздо спокойнее, никакой публичности. Играла бы Раневскую в «Вишневом саде» или Гертруду в «Гамлете» у Льва Додина — и все. Собственную медийность она использует только для поддержки детей с буллезным эпидермолизом — редким, крайне тяжёлым генетическим заболеванием. Дети-бабочки настолько ранимы, что даже обнимать их опасно. Кожу им нередко заменяют бинты, и радикальных методов лечения в мире почти нет — только терапия. «От обычных детей они отличаются колоссальным опытом боли», — делится Раппопорт. Она рассказывает про бесконечные перевязки, как фонд помогал открывать отделение в Научном Центре Здоровья Детей, какие уникальные операции теперь смогут проводить в России — например, по разделению пальцев на руках — и как трудно на светских приемах постоянно рассказывать обо всех этих проблемах. А потом сбивается: «И как такой разговор сочетается с гламурной съемкой? Бред, конечно…».

костюм, топ BY MALENE BIRGER

Все разговоры о личном сводятся к фразе «я не люблю»: «Я не люблю про это говорить». А любит она черный чай. И просит дойти с ней до ближайшего уличного кафе. Садится на солнечной стороне и то снимает, то вновь надевает черные очки, когда солнце то прячется, то выходит из-за облаков. В детстве в кукольном театре руками она изображала летящего журавля — под строчки из песни:

Мне кажется порою, что солдаты

С кровавых не пришедшие полей

Не в землю нашу полегли когда-то,

А превратились в белых журавлей.

тренч BURBERRY

Это была ее первая в жизни роль. Прощаясь, она встает и забывает подаренный ей букет. Она заворачивает за угол. Кажется, что ее еще можно догнать. Но через полминуты за поворотом уже никого нет. Улетела.